МГУКИ , Горлов.

«Экспаты» в Москве:  некоторые особенности межкультурного взаимодействия.

                  Само слово «экспат» - новое в русском языке. Словари еще не включили его в свой состав, но в обиходе оно используется уже довольно часто, наряду с другими англицизмами. Поэтому для начала стоит разобраться с его значением и происхождением. На самом деле, изначально «экспат» - не англицизм. Слово происходит от латинских слов ex (из, вне) и patria (страна, родина). Из этих корней в английском языке образовалось слово Expatriate (собственно, expat - это сокрощение от него), а в русском языке оно закрепилось как «экспатриант». Его значение - человек, добровольно или принудительно покинувший родину и живущий за границей. Но поскольку в России это слово исторически имеет негативную окраску, и семантический акцент делается на принудительное расставание со страной, для обозначения «добровольцев», приезжающих в Россию работать из-за рубежа, закрепилось слово экспат (далее позволю себе писать его без кавычек).

                       Стоит сделать еще одно уточнение. Для обозначения иностранной рабочей силы более широкое распространение в русском языке получило слово «гастарбайтер». В чем же разница? Гастарбайтерами называют работников из менее благополучных стран, чаще всего из бывших республик СССР. Экспаты же обычно - жители Западной Европы и США. Таким образом, можно утверждать, что это совершенно разные социокультурные группы, имеющие абсолютно разные культурологические характеристики и повинующиеся абсолютно разным поведенческим моделям.

                     Итак, несмотря на то, что «экспат» - слово для русского языка новое и непривычное, люди, им обозначаемые, живут бок о бок с россиянами с древнейших времен. Традиция приглашать «варягов» уходит корнями во времена Древней Руси и проявляется в истории волнообразно, то затихая, то вновь усиливаясь. Можно сказать, что первым экспатом на Руси был легендарный Рюрик, положивший начало первой династии русских царей. Уже на этом этапе важно обратить внимание на то, что историческая традиция связывает появление Рюрика и варягов с определенным раболепием или, по крайней мере, пиитетом по отнешению к чужеземцам как к носителям высокоразвитой культуры.

                   «В год 6370 (862 по современному летоисчислению).  Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: "Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву". И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы, - вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами". И избрались трое братьев со своими родам, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде, а другой, Синеус, - на Белоозере, а третий, Трувор, - в Изборске. И от тех варягов прозвалась Русская земля»[1].

              Впоследствии отношение к иностранцам менялось на противоположное, вплоть до открытой ненависти, причиной которой стал период смуты и польская интервенция. Далее же, при Петре I, все опять переменилось. До настоящего времени в столице сохранились названия, которые свидетельствуют о том, что в старой Москве жили "пришлые люди", или "иноземцы", как называли иностранцев в средние века на Руси. Иностранцы занимались ремёслами, вели торговлю, были священнослужителями и, конечно, переводчиками. Если иметь в виду, что с XIV в. Москва стала бурно растущим городом, имеющим отношения с Западной Европой и с Востоком, то можно понять, что ей требовалось много переводчиков - толмачей, которые могли бы переводить книги, текущую документацию и т. п. на русский язык с других языков и наоборот.

         Так, о наличии немцев в Москве свидетельствует топоним Немецкой слободы, упоминающийся в источниках уже в 1578 году. В XIX в. эта слобода получила название лефортовская, или Лефортово, так как поблизости от нее с XVIII в. находилось богатое имение Франца Лефорта - любимца и сподвижника Петра. Хотя слобода и считалась немецкой, жили в ней не только немцы, а все иностранцы, приехавшие с Запада. Всех их в Москве называли немцами, потому что они плохо или совсем не говорили по-русски, «немовали», т.е., по тогдашним меркам, были немыми. Это были голландцы, немцы и др.

            Лефорт был человеком светским, с хорошими манерами, необыкновенно живой, ловкий, веселый, откровенный, симпатичный, собою был очень хорош, в обществе умел всех оживить, развеселить, никто не мог лучше его устраивать праздники или пиршества. Он страстно любил нравы и обычаи цивилизованных европейских городов. «Петр вместе с Лефортом бывал в Немецкой слободе, приглядывался к жизни иностранцев, полюбил их веселые пиры, сошелся с некоторыми из них. Все ему казалось у них лучше, чем у русских, начиная от костюма до языка, и сам Петр стал учить голландский язык»[2].

         И опять можно отметить, что иностранцы расценивались в Москве не только как профессионалы более высокого класса, чем русские, но и как люди более «культурные», пример для подражания. Петр, понимая, что отечественная культура заметно отличается от западноевропейской, стремился сгладить эти противоречия. Но не путем взаимного сближения, а порой насильственным прививанием западных традиций и обычаев.

         Если же перейти от истории к современности, то можно сказать, что последний по хронологии наплыв иностранцев в Россию начался в середине 1990-х. Тогда необходимость привлекать к развитию бизнеса зарубежных специалистов диктовалась вполне раци­ональными соображениями: у российских менедже­ров просто-напросто не было достаточного управлен­ческого опыта. В нашей стране формирование биз­неса как такового началось только в 1991 году. На Западе же накоплен существенно больший деловой опыт, а люди имплицитно обладают знаниями о работе ком­паний с многовековой историей и являются носите­лями определенных бизнес-традиций.

         Иностранцев «выписывали» в Россию как местные подразде­ления международных компа­ний, так и отечественные предприниматели, раньше дру­гих осознавшие важность для их бизнеса квалифицирован­ных кадров. Специалисты по работе кадров так характеризуют тех, кого приглашают работать в России: как правило, это люди без особых талан­тов, но с четкими представлениями о технологиях работы и менее зависимые от человеческого факто­ра, чем российские менеджеры. То есть, нельзя сказать, что это люди особого сорта, с выдающимися способностями. Нет, это, как и во времена Петра I, просто  профессионалы в своей области. Однако большинство сотрудников кадровых агентств отмечают, что чаще всего привилегии их несоотносимо выше, чем у российских коллег, а требования к ним - наоборот, часто занижены.

         Впрочем, отношение россиян к иностранцам более или менее понятно и знакомо как из учебников истории, так и из опыта окружающей действительности. А данная работа - не место для оценки бизнес-способностей иностранной рабочей силы. С культурологической точки зрения гораздо интереснее попробовать хотя бы бегло взглянуть на то, как сами экспаты воспринимают Россию, Москву и самих себя в данных реалиях. Ведь очевидно, что Россия постепенно интегрируется в общеевропейские биснес- и политические процессы. Также очевидна определенная разница в менталитете россиян и западноевропейцев. И для более адекватного контакта между «местной» и «пришлой» культурой в рамках так называемой «народной демократии» попытка оценить и проанализировать взгляд «с той стороны» может оказаться очень полезным опытом. Данная статья не претендует на полновесное исследование, а лишь отмечает некоторые контуры развития отношений в условиях мультикультурной Москвы. Поэтому кажется уместной попытка выявить в первую очередь те аспекты российской жизни, которые иностранцам кажутся «чуждыми», «инородными».

         Что же для экспата становится проблемой, когда он оказывается в Москве? В первую очередь, разумеется, он сталкивается с языковым барьером. Нередко можно услышать, что отечественные компа­нии заставляют работающих у них иностранцев учить русский язык, а то и прописывают это обязательство отдельным пунктом в контракте. Однако по данным, опубликованным в журнале «Коммерсант: Компания», о такой практике никто из экспертов нико­гда не слышал. Все они сходятся, на том, что на веч­ный вопрос «учить или не учить» каждый экспат от­вечает для себя сам. 

                От чего это зависит? Организация, во главе которой стоит иностранец, как правило, использу­ет в качестве своего корпоративного языка анг­лийский. Однако при привлечении экспата на по­зицию среднего уровня ситуация меняется. Этому человеку, скорее всего, придется каждый день тес­но контактировать с большим количеством коллег-россиян, в том числе не владеющих иностранным языком. Постоянная работа через переводчика в этом случае становится неудобной и сильно тормо­зит принятие решений. В данной ситуации жест­кое требование знания русского языка может быть вполне обоснованным. Но обычно такого требования не следует, и тогда все, действительно, зависит от иностранца. Если он занимает жесткую позицию и разговаривает только по-английски, россияне вынужденно общаются с ним на его языке. Правда, такое поведение чаще всего создает трудности самому экспату, так как за пределами своей компании он так или иначе будет сталкиваться с людьми, не вооруженными знанием иностранных языков.

         Впрочем, языковой барьер является не самой серьез­ной проблемой, с которой сталкиваются приехавшие в нашу страну иностранцы. Им гораздо проще вы­учить русский язык, чем понять «загадочную рус­скую душу». Своими проблемами и открытиями они делятся в рамках специально созданного интернет-ресурса http://www.expat.ru/, а также в личном общении. Ведь, как и любая обособленная группа, экспаты стараются держаться вместе. В Москве существует целый ряд клубов, кафе, ресторанов, ориентированных на европейскую публику (чаще всего англоговорящую). Автору данной статьи представилась возможность «подсмотреть», какие советы они дают друг другу, что они считают важной и необходимой информацией для «новичков». Нижеприведенные цитаты переведены автором с английского, из соображений этики сохранена анонимность высказываний. Впрочем, авторство в данном случае не столь важно, ибо эти высказывания носят типологический характер.

«Москва - самый большой город Европы, живущий вне правил, хаотичный и встречающий приезжих грубостью москвичей».

«Русские - очень прямые натуры, они никогда не станут тратить время на проявления вежливости, если они вас не знают».

«Не бойтесь толкнуть кого-нибудь в метро или возмутиться вслух, если кто-нибудь толкнет вас в очереди. Излишней скромностью Вы в России ничего не добьетесь».

«Водители в Москве прыгают из полосы в полосу, даже не думая включать поворотники. Единственный шанс уцелеть в этом хаосе - попытаться предугадать, какой акт безумия едущий перед вами водитель совершит в следующий момент».

«При общении с милицией, не говорите, что Вы гражданин другого государства и поэтому не можете быть остановлены. У всех могут проверить документы, и в этом нет ничего страшного».

«Уровень преступности значительно снизился по сравнению с 1990-ми, когда Россия была известна как «дикий Восток». И сейчас в Москве безопаснее, чем в больших городах Европы и США».

«Не становитесь подозрительными по отношению ко всем и каждому. Если кто-то пытается вас надуть, обычно это видно».

Итак, если попытаться обобщить эти предостережения, можно сделать следующие выводы:

• - Экспаты считают москвичей грубоватыми, но прямыми;

• - Они признают необходимость определенной ассимиляции и признают, что они здесь не более чем гости;

• - Скорость и хаотичность жизни в Москве в сравнении с Европой - не миф, а реальность, признаваемая иностранцами;

• - А вот невиданный разгул преступности - это, действительно, миф, который уже не пугает экспатов.

               Ну и, наконец, хочется привести еще одну цитату: «Все те правила и предосторожности, которые вы соблюдаете дома, можно применять и в Москве». Что ж, это означает, что разница между россиянами и западноевропейцами не так уж велика, как кажется. Правда, возникает следующий вопрос: а зачем в Москве, да и других городах страны, вообще нужны иностранные работники? Ведь период становления российского бизнеса (где они задействованы в первую очередь) закончился. И теперь уже довольно много наших специалистов, получивших образование за границей и владеющих теми же навыками, что и экспаты. По мнению экспертов Российской ассоциации менеджеров, преимущества работы с экспатами заключаются в следующем:

• - Иностранные специалисты влияют на восприятие бизнес-сообществом имиджа компании: наличие экспатов повышает престиж организации.

• - Экспаты являются носителями определенной бизнес-культуры: ведения переговорного процесса, навыков освоения западных рынков, построения системного бизнеса.

• - Экспаты ведут подготовку кадрового резерва компании: обучение российского персонала зарубежным технологиям здесь, а не в иностранных университетах и компаниях.

• - Иностранные специалисты умеют более эффективно выстроить отношения с зарубежными партнерами (фактор общения со «своим» для иностранной компании), что очень важно при выходе компании на зарубежные рынки.

                     Очевидно, что в условиях глобализации, когда границы стираются, наличие иностранных работников - неизбежная реальность. Как бы не варьировался вектор внешней политики России, глобальные процессы (такие как прокладка южного газопровода на Балканах, стремление России вступить в ВТО), большие социокультурные (Финал Лиги Чемпионов 2008) и экономические события (Санкт-Петербуржский экономический форум) - все это доказывает, что Россия «обречена» на европейскую, западную ориентированность. А значит, необходимо более пристально изучать межкультурное взаимодействие между экспатами и местными жителями и выстраивать диалог, основанный на принципах взаимной заинтересованности, открытости и взаимоуважения.

[1] Повесть временных лет в переводе Д.С. Лихачева

[2] См.: Романюк С. Немецкая слобода //Наука и жизнь. - 1997. - №8; №10.